– Вы великий человек! – с искренним восхищением проговорил Алешка. – Вы великий волшебник!

Да, лучше не скажешь. Сколько несчастных беспомощных детишек он сделал счастливыми.

– Нисколько, – как бы в ответ на мои мысли печально сказал волшебник. – Я не завершил свою работу.

– Почему? – вырвалось у нас с Алешкой одновременно.

– По очень простой причине. Я лишился своей лаборатории и всех своих денег. Я ведь даже живу в чужой квартире.

Мы с Алешкой поняли, что дальше расспрашивать его не стоит. Тем более что он тряхнул головой и сказал Алешке:

– Ну, что там у тебя? Какие проблемы?

Алешка вытащил из рюкзачка свою подлодку вместе с ее проблемами. Станислав Петрович осмотрел ее и похвалил Алешку:

– Толково. Схему сам составил?

– Не, я ее содрал из журнала. Но она мне не нравится.

– Я понял, – Станислав Петрович кивнул. – Сигналы с пульта недостаточно сильные, да?

– Ага. Они только на десять сантиметров в воду уходят. На фиг мне такая ерунда.

– Действительно, на фиг. Ну-ка, давай порисуем.

При этих словах Алешка как-то странно взглянул на него.

– Схему порисуем, – уточнил Станислав Петрович. – Мне кажется, что вот здесь...

Все, дальше я бессилен. Пошли такие слова, которые для меня были недоступны. Всякие транзисторы, тиристоры, гетеродины. Резисторы постоянные, резисторы переменные, стабилитроны, дешифраторы... Даже не китайская грамота, а какая-то инопланетная. А вот Алешка среди этих терминов шнырял, как шустрая мышка. И когда он успел в этом разобраться? Больше всего меня поразило, что они разговаривали на равных. Спорили, соглашались, выхватывали друг у друга карандаш и тут же что-то исправляли на схеме.

– Вот смотри, – кипятился Станислав Петрович, – вот твой передатчик команд.