Дело было так. Алешка в одном павильоне выбирал какие-то детальки, советовался с продавцом.
Тот, устав от его вопросов, спросил:
– Ты скажи толком, чего строишь? Взрывное устройство?
– Ага. С дистанционным пультом.
– Школу хочешь рвануть?
– Ваш павильон.
Алешка умеет давать хорошие ответы на глупые вопросы.
– За что? – удивился продавец.
– Толку от него мало.
– Ну нет у меня таких усилителей. Сходи к Женьке, павильон двести тридцать.
– Не ходи, – сказал кто-то у Алешки за спиной. – У него тоже таких нет. Тебе для каких условий?
Алешка обернулся: какой-то дяденька, довольно пожилой, средних лет.
– Мне надо, чтобы сигнал проходил под воду на целый метр.
– У меня, кажется, есть такие усилители. Ты где живешь?
– На Вернадского, у метро.
– Земляк, стало быть. С берегов Самородинки. Зайди ко мне завтра, я тебе что-нибудь подберу. – И он дал Алешке свою визитную карточку.
Алешка сунул ее в карман и уже внимательнее посмотрел на мужчину. Что-то в нем показалось ему знакомым. На кого-то он похож, но чего-то в нем не хватало, чтобы узнать и вспомнить – на кого именно.
– Ладно, – сказал Алешка, – я зайду. Так и быть. – Одолжение сделал.
Дома он показал мне карточку. Станислав Петрович Рощин, инженер. Телефон и адрес.
– Это кто? – спросил я.
– Земляк, с берегов Самородинки. Сходим к нему?
Конечно, сходим. Сейчас не те времена, чтобы отпускать ребенка одного к незнакомому человеку. Даже если он наш земляк, с берегов Самородинки.
Сразу скажу, что мое сопровождение Алешки могло бы и не понадобиться. На том коротком пути до «земляка с берегов Самородинки» я несколько раз замечал то впереди, то сзади, то с одного бока, то с другого грузную и независимую фигуру Сени по прозвищу Клык.